БАРТОЛОМЕУ ДИАШ (BARTOLOMEU DIAS)

БАРТОЛОМЕУ ДИАШ

Основы морского и колониального могущества Португалии заложил португальский инфант Энрике Мореплаватель. Именно он организовал ряд морских экспедиций на юг вдоль западноафриканского побережья, в ходе которых португальские мореходы, открывая новые земли и побеждая в морских сражениях, поверили в свои силы. Однако после смерти Генриха Мореплавателя наступил некоторый перерыв в продвижении португальцев на юг.

Оно возобновилось под руководством короля Жуана II Совершенного, которого не покидало желание найти морской путь в Индию, что сулило его стране баснословные прибыли от торговли. С этой целью Жуан II снарядил и отправил несколько экспедиций. Дальше других их них продвинулась в своих поисках экспедиция под управлением дворянина из его свиты Бартоломеу Диаш ди Новаиш. Ранее тот состоял управляющим королевскими складами в Лиссабоне, но при этом имел и определенный опыт морехода. В 1481 году Диаш плавал к берегам Африки под началом Диогу Азамбужа.

ПУТЬ УКАЗАЛА БУРЯ

Наверное, в Португалии имелись капитаны и более искусные, но зато Бартоломеу был человеком, которому король доверял. Экспедиция Диаша по поиску морского пути в Индию отправилась в путь в августе 1487 года. В состав флотилии из трех кораблей входило вспомогательное судно, груженное съестными припасами, водой, оружием и запасными корабельными снастями на случай ремонта. Предусмотрели португальцы и некий, как сейчас бы сказали, маркетинговый ход, в котором в виде «раздаточного материала» выступили живые люди. В экспедицию были взяты несколько чернокожих рабов, которых высаживали в местах, куда к берегу приставали португальские каравеллы. Рабов принарядили, снабдили золотыми и серебряными украшениями, а также образцами европейских товаров. Таким образом, попадая в страны на побережье Африки, они должны были демонстрировать богатство Португалии и убеждать тамошние народы торговать с ней.

Пройдя маршрутом, проложенным португальским мореплавателем Диогу Каном до устья Конго, Диаш далее направился вдоль африканского берега на юг. Но вдруг налетела буря, которая подхватила португальские корабли и унесла их в море вдаль от спасительного берега. Тринадцать дней команда Бартоломеу не видела земли и уже впадала в отчаяние. Диаш и сам растерялся, направляя свои каравеллы то на восток, то на север. Но, наконец, 3 февраля 1488 года он и его люди смогли перевести дух, увидев берег с высокими горами. Возликовав, португальцы пошли вдоль берега, где вскоре нашли удобную бухту и пристали к берегу. Поскольку тогда был день св. Власия, то португальцы решили, что именно этот святой спас им жизнь и назвали бухту в честь него.

Высадившись на берег, они встретили чернокожих людей, пасших коров. Увидев странно одетых европейцев, туземцы, отбежали на безопасное расстояние и принялись забрасывать непрошенных гостей камнями. Бартоломеу натянул арбалет, вложил стрелу и пригрозил неграм. Но те продолжали вести себя агрессивно. Тогда Диаш выстрелил из арбалета и сразил одного из туземцев, который, можно сказать, вошел в историю, став первой жертвой агрессии европейцев в Южной Африке. После этого местные жители было ретировались, но вскоре появились в еще большем количестве и снова принялись закидывать европейцев камнями. В результате те вынуждены были поспешно погрузиться на корабли и выйти в море.

Назвав бухту Баиа-душ-Вакейруш — гаванью Пастухов (совр. Моссел), Бартоломеу Диаш отправился со своей экспедицией дальше. Он не сразу сообразил, что во время скитаний после бури обогнул южную оконечность Африки. Понял этого только, когда обнаружил, что берег тянется на восток. Однако как далеко он тянется никто не знал. А команда уже начала роптать, устав от трудностей пути и скудного питания. Корабль с провиантом отстал, а африканцы, как уже убедились португальцы, не выказывали им гостеприимства. Диаш собрал офицеров и вожаков матросов и пытался убедить их продолжить путь. Но единственное чего сумел добиться, это согласия плыть вперед еще три дня. Чтобы оправдаться перед королем капитан составил письменное заключение о решении команды и заставил всех подписать его.

МЫС БУРЬ И НАДЕЖД

Спустя три дня экспедиция Дивша достигла до устья большой реки, которая была названа Риу-ди-Инфанти — в честь капитана одной из каравелл Жуана Инфанти, который первым сошел на берег. Это место и стало крайней точкой путешествия Бартоломеу Диаша. Отсюда его экспедиция отправилась назад. Но кажется, что только Диаш сожалел о возвращении домой. Один из хронистов на его корабле писал, что когда на обратном пути португальцы увидели падран, водруженный ими в бухте Алгоа, Бартоломеу прощался с ним «с таким глубоким чувством печали, словно расставался с сыном, обреченным на вечное изгнание; он вспоминал, с какой опасностью и для себя, и для всех своих подчиненных он прошел столь долгий путь, имея в виду одну-единственную цель, — и вот Господь не дал: ему достичь цели».

Конечно Господь был здесь не при чем. Диашу банально не хватило решимости пойти на жесткие меры. Спустя 11 лет примерно в этом же месте истощилось терпение команды другого португальского мореплавателя Васко да Гама. Некоторые члены команды устроили заговор против своего капитана. Они сговорились заковать Васко да Гама в цепи, вернуться на родину и явиться к королю с повинной. Но он, узнав об их намерения, сам заковал зачинщиков заговора в кандалы и приказал продолжать плавание. Бартоломеу Диаш на столь жесткие меры не отважился.

Правда, утешительным призом для Диаша стало самое важное совершенное им открытие, которое было сделано уже на обратном пути. Он нашел южную оконечность Африки и это стало свидетельством ошибки древних ученых, которые полагали, что Африка простирается до самого полюса. Бартоломеу внимательно осмотрел и описал величавый мыс и Столовую гору на краю «черного» континента и назвал это место мысом Доброй Надежды. Уже позже родилась легенда, что на самом деле Диаш нарек его мысом Бурь в память чуть не погубившего его шторма, но король, возлагавший на морской маршрут в Индию большие надежды, переименовал его в мыс Доброй Надежды.

Как бы то ни было, но этот мыс открыл именно Диаш и до наших дней сохранился там установленный им падран Сан-Григориу. На обратном пути португальцы наткнулись на отставшее от экспедиции грузовое судно. Тому в одиночку пришлось несладко. Мало того, что его изрядно потрепало бурей, так еще из девяти человек команды на борту оставалось лишь трое, остальные погибли во время стычек с туземцами, позарившимися на вещи матросов. Вспомогательный корабль пришлось сжечь, а его груз распределили по двум оставшимся судам. Обеспечив себя припасами, португальцы чувствовали себя спокойно на обратном пути. Они даже еще смогли подобрать потерпевшего крушение Дуарти Пашеку Пирейру вместе с его матросами, а также на Золотом берегу забрать золото, скупленное у туземцев королевской факторией.

Проведя в плаванье 16 месяцев и 17 дней экспедиция Диаша, в декабре 1488 года вернулась в Португалию.

ЭПИЛОГ

Бартоломеу Диаш не добрался до вожделенной Индии. Но он во многом способствовал открытию морского пути в эту страну Васко да Гама. Диашу было доверено руководить строительством кораблей для да Гамы. И он внес в португальские каравеллы некоторые усовершенствования. Косые паруса были заменены на прямоугольные, а корпуса кораблей строились с расчетом на малую осадку и большую остойчивость. Бартоломеу сопровождал Васко да Гама до Золотого берега (Гвинея), а далее направился в крепость Сан-Жоржи-да-Мина, комендантом которой был назначен.

А позже он все же достиг Индии в составе экспедиции Кабрала. Затем участвовал в открытии Бразилии, но на обратном пути в районе открытого им мыса Доброй Надежды вновь попал в шторм и погиб в морской пучине вместе со своим судном.

Бартоломеу Диаш стал самым знаменитым из своего семейства. Однако и его родственники оставили свой след в истории. Географическими открытиями отметились его предки: Жуан Диаш первым обогнул мыс Бохадор, а Диниша Диаш открыл Зеленый Мыс. Внук мореплавателя – Паулу Диаш стал первым губернатором Анголы и основал там первое европейское поселение – Луанду.

Олег Логинов

Добавить комментарий

Вы должны зайти как в для комментирования записи