Сайт содержит материалы 18+
Share on vk
Share on facebook
Share on odnoklassniki
Share on twitter
Share on linkedin
Share on google
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on email

СИМВОЛ ХУЛИГАНСТВА (A SYMBOL OF HOOLIGANISM)

Поделитесь записью
Share on vk
Share on facebook
Share on odnoklassniki
Share on twitter
Share on google
Share on linkedin
Share on whatsapp
Share on telegram
Share on email

СИМВОЛ ХУЛИГАНСТВА

(A SYMBOL OF HOOLIGANISM)

 Самое известное изнасилование в СССР произошло 21 августа 1926 года в Ленинграде. Там в Чубаровом (ныне Транспортном) переулке группа пьяных хулиганов напала на 20-летнюю Любу Белову, возвращавшуюся поздно вечером с работы. Девушке зажали рот, набросили на глаза тряпку и через пролом в заборе под свист и улюлюканье затащили в сквер завода «Сан-Галли». Более пяти часов насильники измывались над девушкой. Любу повалили на землю, таскали за волосы, закрывали ей лицо грязной тряпкой, кололи ножами. И насиловали-насиловали-насиловали, сменяя друг друга. К ее телу чуть ли не выстраивалась очередь. Обладающий предприимчивой сметкой Мишка Осипов снял кепку начал обходить присоединившихся, собирая с них по 15- 20 копеек «за удовольствие» на водку. Правда взрослого знакомого дядьку с завода парни пропустили «к телу» и без очереди, и без взноса – пущай тряхнет стариной.

Лишь под утро, вдоволь натешившись над жертвой, насильники оставили ее в покое, а сами. Усталые и довольные, разбрелись по домам. Белову обнаружил случайный прохожий, который помог ей добраться до 7 отделения милиции, где она и поведала о случившемся, а главное — сообщила несколько кличек, которыми насильники называли друг друга.

БОЛЬШОЙ СКАНДАЛ

Белова недавно приехала в Ленинград, чтобы поступить на рабфак, а пока устроилась на работу. Про то, что по Лиговке одной бродить опасно, она попросту не знала. Люба была девушкой порядочной. Медицинская экспертиза показала, что она до изнасилования оставалась девственницей. А тут мало того, что ей пришлось выдержать похоть двух с лишним десятков пьяных мужиков, так еще потом долго лечиться. Насильники не только нанесли ей множество травм, так еще и заразили целым букетом венерических заболеваний.

Это происшествие буквально всколыхнуло весь Ленинград. Милиция ринулась проводить облавы. На следующий день она задержала Кочергина, Ситникова, Иванова и Холманова, в которых Белова опознала насильников. Те не стали запираться и стали называть имена корешей, бывших с ними. Компания оказалась на подбор – самым молодым из них не было и восемнадцати, самому старшему было за пятьдесят. Всего по «делу в Чубаровом переулке» было привлечено к уголовной ответственности двадцать шесть человек, из них 22 непосредственно за изнасилование. Большинство из них работали на заводе «Кооператор» (бывший «Сан-Галли»), где были известны как пьяницы, бракоделы и прогульщики.

Впрочем, лоботрясами можно было назвать не всех. Среди двадцати двух насильников было несколько комсомольцев, член партии. А также бывший краснофлотец, а в то время секретарь ячейки ВЛКСМ завода «Кооператор» Константин Кочергин. В тот вечер он поссорился с женой, по этому поводу, как водится, выпил, после чего отправился в парк покурить. Тут вдруг услышал крик: «Бабу повели» и увидел процессию, в которой шел его брат Петька. Старший Кочергин тут же явил свои навыки вожака. Он не только присоединился к процессии, но и, можно сказать, возглавил ее. За это впоследствии был признан инициатором преступления. Впрочем, на суде Кочергин всячески выкручивался. И заявил, что Белова известная всему району проститутка. А кореша его дружно поддержали. К чести Любы, она мужественно вынесла весь судебный процесс и стойко приняла все потоки грязи, которые обрушили на нее подсудимые. Основным их доводом было, что порядочная дама через Лиговский парк в 11 вечера не пойдет.

РАСКОЛ В ОБЩЕСТВЕ

Это преступление буквально раскололо общество. Под воззваниями к суду поставить «чубаровцев» к стенке подписались 54 тысячи человек.  Бандиты и городская шпана  по инициативе бывшего есаула 6-го казачьего кавалерийского полка Дубинина в ответ организовались в «Союз советских хулиганов» со штаб-квартирой  на Лиговском, 56. Они тоже слали свои петиции следователям, которые вели дело, только другого содержания: «Если хоть один из чубаровцев будет расстрелян — ты и Яковенко будут убиты». А потом хулиганы и вовсе перешли от слов к делу. Они избили несколько милиционеров, изнасиловали несколько девушек, подожгли завод «Кооператор», и склады Октябрьской железной дороги. После этого, наконец, за хулиганов всерьез взялась милиция, которая основательно «перекрыла им кислород». Около сотни членов «Союз советских хулиганов» во главе с Дубининым были задержаны.

28 декабря 1926 года Ленинградский губернский суд вынес «чубаровцам» приговор. Семь человек во главе с Павлом Кочергиным были приговорены к высшей мере наказания. Остальные участники получили от 10 лет тюремного заключения до года. Один из обвиняемых был оправдан.

ЗАКОН ЧТО ДЫШЛО

Приговор по большому счету не соответствовал букве Закона, но при этом обозначил перелом в политике государства по отношению к хулиганам. Советская власть поначалу относилась к ним лояльно, считая несознательным, но классово близким элементом. А само хулиганство, неким следствием долгой эксплуатации самодержавием простого люда, который от своей беспросветной жизни за годы привык пьянствовать и дебоширить. По статье за «хулиганку» «чубаровцам» светили плевые наказания — исправительные работы или до года тюрьмы. Однако их дело приобрело политическую окраску. В этой связи любопытно заявление в печати одного журналиста: «Чубаровское дело затрагивает огромные социальные вопросы… Величайшее значение настоящего процесса состоит в том, кто поведёт за собой нашу молодежь — чубаровцы или советская общественность. Рабочий класс сейчас скажет словами Тараса Бульбы: «Я тебя породил, я тебя и убью».

И хулиганов подвели под политическую статью. Поскольку они изнасиловали не какую-нибудь буржуйку недорезанную, а комсомолку-рабфаковку, то тем самым покусились на Советскую власть. В общем, их осудили не за хулиганство, а за бандитизм, который определялся как «преступления против порядка управления» Да при этом еще и нарушили принцип, что Закон обратной силы не имеет. Преступление было совершено в августе 1926 года, а в конце ноября 1926 года в санкцию 59-й «бандитской» статьи добавили «высшую меру социальной защиты» — расстрел. И по новой редакции Уголовного кодекса пятерых «чубаровцев» поставили к стенке.

Уголовный мир ответил на несправедливость блатной песней «Гоп со смыком», рассказывающей о том, как «По бульвару Лялечка гуляла», а потом ее поимели тридцать удалых молодцов и один старый дед. Говорят, что эта песня, в которой не то, что куплета, строчки без мата не было, обрела небывалую популярность, затмив и «Мурку», и «Одесский кичман».

ВСЕ НА БОРЬБУ С ХУЛИГАНСТВОМ

Процесс над «чубаровцами» стал своеобразным социалистическим «почином». Вскоре по всей стране к хулиганам стали подходить по всей строгости Закона. К искоренению хулиганства в стране подошли системно. Милиция не только проводила зачистки «малин» и кварталов, но и создала службу профилактики преступлений. Подключилась и общественность. По инициативе Ленгорсовета были созданы комиссии общественного порядка (КОП). К концу 1926 года в Ленинграде работало 240 комиссий общественного порядка, в которых состояло 23000 человек. Однако понадобилось еще около дестка лет, чтобы более или менее вымести хулиганские группировки с улиц.

ЭПИЛОГ

На долгие годы «чубаровцы» стали олицетворением хулиганства в СССР. И все же оказывается, что даже в местах заключения они считались более близкими по духу советской власти, нежели какие-то интеллигенты-оппортунисты. Именно их лагерное начальство пристраивало на «хлебные» должности на Соловках. Дмитрий Лихачев в своих «Воспоминаниях» писал о Соловецком лагере: «Затем по очереди подходили к маленьким столикам, за которыми сидели нарядчики (среди них «чубаровцы»: участники ужасающего группового изнасилования в Чубаровом переулке в 1927 г. в Ленинграде) и получали Наряды на работу».

Олег Логинов

Оставьте отзыв

Select Language