Сайт содержит материалы 18+
Поделиться в vk
Поделиться в facebook
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter
Поделиться в linkedin
Поделиться в google
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp
Поделиться в email

УРАЛЬСКАЯ ТЕРРОРИСТКА (EVSTOLIYA ROGOZINNIKOVA)

Поделитесь записью
Поделиться в vk
Поделиться в facebook
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter
Поделиться в google
Поделиться в linkedin
Поделиться в whatsapp
Поделиться в telegram
Поделиться в email

УРАЛЬСКАЯ ТЕРРОРИСТКА

(EVSTOLIYA ROGOZINNIKOVA)

Непросто понять образ мыслей людей, живших сто лет назад. Непонятно как в религиозной царской России высокообразованные, интеллектуальные молодые люди не просто нарушали божью заповедь «Не убий», но целенаправленно посвящали свою жизнь убийству своих ближних. Террористками в начале ХХ века становились не фанатики-шахидки, а вполне респектабельные дамочки из хороших семей.

Практически каждый террористический акт представлял собой настоящую психологическую трагедию. Во-первых, в результате них погибали люди высокопоставленные, как правило, хорошо образованные и добившиеся своих служебных постов профессиональным исполнением служебных обязанностей. Без сомнений, смерть этих людей причиняла огромное горе их родным и близким. Наверняка не меньшее горе испытывали и родные казненных террористов, которые зачастую также имели хорошее образование и подавали большие надежды.

В качестве примера можно привести убийство в 1907 году начальника Главного тюремного управления Александра Максимовского. Он родился в Петербурге в интеллигентной русской семье, окончил юридический факультет Харьковского университета, за время службы в Главном тюремном управлении не отметился никакими жестокостями. Наверняка, такой образованный интеллигентный чиновник смог бы внести в организацию пенитенциарной системы России улучшения по содержанию узников, в том числе политических. Но ему не дали это сделать и убили. Фактически Максимовского лишили жизни лишь за принадлежность к репрессивному государственному аппарату. А его убийцей стала интеллигентная милая девушка – Евстолия Рогозинникова. И еще один парадокс, только уже из советского времени, когда террористов превозносили до небес. В честь убийц сестры и брата Рогозинниковых в их родном Красноуфимске была названа одна из центральных улиц города. В 1920 году Красноуфимский уездный исполком вынес решение: переименовать улицу Кленовскую в Рогозинниковскую, а в 1966 году — в улицу имени Рогозинниковых.

Красноуфимск.

Семейство Рогозинниковых принадлежало к земской интеллигенции и было большим. У Евстолии было 5 братьев и сестра. Говорят, все дети имели тонкий музыкальный слух и красивый голос. Но особенно этими качествами блистала Евстолия. За большие музыкальные способности ее бесплатно приняли в Санкт-Петербургскую консерваторию по классу рояля. Потом перешла в класс пения и многие прочили ей блестящую карьеру певицы.

Альберт («Карл») Трауберг

Но Рогозинникова пошла другим путем. В Петербурге она вступила Летучий боевой отряд Северной области партии эсеров. Возглавлял отряд латыш Альберт («Карл») Трауберг, а его ядро составили высокообразованные молодые люди: А. Распутина, Л. Стуре, Е. Рогозникова, В. Лебединцев, С. Баранов. Планы у боевиков были обширными. Они намеревались убить дядю царя, Николая Николаевича Романова, министра внутренних дел, министра юстиции, петербургского градоначальника и начальника Главного тюремного управления, а также произвести взрыв во время заседания Государственного Совета в Мариинском дворце. К счастью, большинство их планов не воплотились в жизнь.

В 1903 году Рогозникова была арестована за хранение бомбы, которой намеревалась взорвать здание охранного отделения. Оказывается российская пеницетарная система, в которой Александр Максимовский тогда служил помощником начальника Главного тюремного управления, отнюдь не была такой уж репрессивной. Арестованной за терроризм Рогозинниковой предоставлялись регулярные свидания с ее женихом, Матвеем Мизеровым (сыном знаменитого красноуфимского земского врача, будущего почетного гражданина города). Сейчас бы ей такие свидания не дали, тем более не с родственником, а всего лишь с женихом. А раньше они спокойно встречались и строили планы побега Евстолии. Для их осуществления она начала симулировать сумасшествие. Накричала на фельдшерицу, выгнала ее из камеры. То же произошло с доктором. Она сердилась на всех, кто входил в камеру, обеда не брала, непрерывно ходила от решетчатого окна до двери. При этом вместо карцера была отправлена на лечение в психиатрическую больницу Николая-чудотворца. И оттуда в ночь на 8 сентября 1907 года благополучно сбежала. На свободе ее встретил Матвей Мизеров, вместе с которым они перебрались в Финляндию. Там Матвей уговаривал Евстолию «завязать» с террором и уехать в Милан – продолжить обучение пению, но та выбрала иной путь, кровавый.

Там же в Финляндии члены Летучего боевого отряда Северной области разработали план теракта, главную роль в котором предстояло исполнить Рогозинниковой. Она должна была прийти на прием к начальнику Главного тюремного управления действительному статскому советнику Максимовскому с прошением приносить горячую пищу находившемуся в тюрьме брату ее мужа – Виталию Новоселову. Во время аудиенции она должна была застрелить Максимовского, а браунинг выбросить в окно, что явилось бы сигналов для других боевиков из их группы. Эсеры рассчитывали, что на место убийство Максимовского выедет градоначальник Драчевский и министр юстиции Щегловитый. По пути на них должны были напасть террористы с бомбами. А тех, чиновников, кто прибудет на место убийства Максимовского, должен был взорвать боевик, переодетый в мундир судейского чиновника.

На рисунке преступление Веры Засулич, но преступление Рогозинниковой протекало по схожему сценарию.

15 октября 1907 года Рогозинникова пришла на прием к Максимовскому. Дожидаясь в приемной, вела себя совершенно спокойно и даже кокетничала с мужчинами. Правда, тех шокировал сильный запах ее духов, от которого начинала болеть и кружиться голова. Дождавшись приглашения, она вошла в кабинет Максимовского и подала ему прошение. Когда он углубился чтение, она выхватила из сумочки браунинг и выстрелила в него. Максимовский, обвиваясь кровью, повалился на пол. А пианистка-террористка ринулась к окну в приемной, чтобы выбросить в него браунинг, что должно было стать сигналом для других боевиков. Но путь ей преградили помощник Максимовского и находившийся в приемной начальник Богородской тюрьмы Колтыпин. Завязалась схватка. Не сумев пробраться к окну, Рогозинникова начала стрелять по оконным стеклам, но пули попали в раму. После этого Евстолию, наконец, скрутили.

Прибывший на место происшествия вице-директор Департамента полиции П.Курлов, выяснив, что задержанную еще не обыскали, распорядился устранить это упущение. При обыске Рогозинниковой оказалось, что в лифчике у нее было запрятано тринадцать фунтов экстрадинамита, к которым вели два шнура, соединенные с батарейкой. Приведи она в действие эту адскую машинку, всем, кто находился в здание, не поздоровилось бы. В протоколе досмотра было записано: «По снятии кофты, лифа и корсета на ней оказался бюстгальтер величиной от шеи до талии, причем спереди представлял из себя мешок из двусторонней -144- плотной клеенки, который был набит по всей площади груди 4 кг экстрадинамита. Посередине груди был помещен детонатор, от которого отходил черный шнурок, настолько длинный, что охватывал талию на корсете с лифом и наружную кофту. Взрывчатка начала разлагаться, и поэтому в приемной Главного тюремного управления стоял запах крепких духов, от которого у многих болела голова».

Рогозинникова не стала скрывать, что является членом Северного боевого летучего отряда партии Социалистов-революционеров, но на все остальные вопросы отвечать отказалась. Отказалась она и от защитника на суде, состоявшегося уже на следующий день после ее покушения на Максимовского. Суд приговорил ее к смертной казни через повешение.

Приговор был приведен в исполнение 18 октября 1907 года, в один день с похоронами Александра Максимовского. Евстолия Рогозинникова была казнена ночью на Лисьем Носу под Кронштадтом. Она просила отложить казнь до рассвета, но офицер петербургского гарнизона, отвечавший за ее исполнение, отказал ей. Офицер поступил согласно инструкции, но потом очень корил себя за то, что не проявил снисхождения к приговоренной террористке. Под влиянием этих душевных терзаний он уже в конце октября подал рапорт об отставке.

По воспоминаниям очевидцев, Рогозинникова приняла смерть с большим достоинством. 17 февраля 1908 года были казнены ее товарищи по боевой группе эсеров – Елизавета Лебедева и Лев Синегуб. В тот день, когда Рогозинникова убивала Максимовского, они подстерегали министра юстиции Щегловитова, чтобы взорвать его. 14 мая 1908 года был казнен руководитель Северного боевого летучего отряда эсеров Альберт Трауберг, организатор операции по ликвидации Максимовского. В тот же 1908 году был казнен в Перми за террористический акт против председателя губернского земского собрания старший брат Рогозинниковой – Вячеслав, под влиянием которого она и «заразилась» революционными идеями.

Вообще-то эсерами планировалось ознаменовать казнь Рогозинниковой еще одним убийством. Трауберг послал на похороны Максимовского боевика Масокина, которому надлежало убить на Волковом кладбище министра юстиции Щегловитова. Однако судьба и на сей раз хранила Щегловитова. Масокин был задержан сотрудниками охранки у входа на кладбище. Однако в период «красного террора» уже ничто не могло спасти Щегловитова. Бывшего министра юстиции расстреляли по приговору ревтрибунала 5 сентября 1918 года.

Трудно с высот нынешнего времени постигнуть, что творилось в голове у интеллигентной террористки Рогозинниковой, когда она нацепляла на себя пояс «шахидки», от взрыва которого разнесло бы всю тюремную управу, похоронив под обломками в братской могиле и правых и неправых. Наверное, она считала начальника Главного тюремного управления Максимовского злодеем. А вот знавшие его люди, отзывались о нем, как о праведнике. Александр Михайлович, оказывается, был глубоко верующим человеком. В 1906 году он участвовал в создании Русского евангельского союза и часто давал уроки на миссионерских курсах. Только после его смерти стало известно, что Максимовский за свой счет он содержал несколько бедных семей, а в свободное время ходил по столичным трущобам и старался облегчить долю бедного люда.

Воистину, в начале ХХ века в России сложилась какая-то дикая ситуация: хорошие люди убивали лучших.

Олег Логинов

Оставьте отзыв