Сайт содержит материалы 18+
Поделиться в vk
Поделиться в facebook
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter
Поделиться в linkedin
Поделиться в google
Поделиться в telegram
Поделиться в whatsapp
Поделиться в email

ВПЕРЕДИ РОССИИ ВСЕЙ (AHEAD OF ALL OF RUSSIA)

Поделитесь записью
Поделиться в vk
Поделиться в facebook
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter
Поделиться в google
Поделиться в linkedin
Поделиться в whatsapp
Поделиться в telegram
Поделиться в email

ВПЕРЕДИ РОССИИ ВСЕЙ

(AHEAD OF ALL OF RUSSIA)

Что и говорить, любят в Екатеринбурге похвалиться. Любой горожанин приведет вам массу примеров того, что екатеринбуржцы сделали первыми в России. От этого создается впечатление некоей избранности этого города и даже рождаются крамольные мысли, что не только первый президент России был свердловчанином, но и все другие известные люди тоже.

Однако превозношение заслуг уральцев далеко не всегда — бахвальство, подчас, оно имеет под собой вполне реальную основу. Например, во многих службах ГУВД Свердловской области могут рассказать, как та или иная инициатива, впервые внедренная на Среднем Урале, позднее получила распространение по всей стране. Так, в ОБЭП УВД г. Екатеринбурга по праву гордятся тем, что первыми в России начали широкомасштабную борьбу с хищениями квартир путем незаконной приватизации. У истоков этого начинания стояли нынешний заместитель начальника ОБЭП Степан Степанович Кляйзер и начальник первого межрайонного отдела ОБЭП Владимир Ильич Смирнов. Именно им удалось распутать сложную аферу с хищением группой Чулкова квартир умерших граждан. И это стало первым значительным уголовным делом в стране в сфере приватизации. Заместитель министра внутренних дел специально звонил Кляйзеру, чтобы выяснить детали этого дела для доклада министру. С тех пор утекло немало воды, но Степан Степанович и Владимир Ильич порой вспоминают самое начало 1990-х, когда и сама приватизация, и преступления, с нею связанные, были диковинками.

Ниточку, позволившую распутать клубок сложной и масштабной аферы с хищением квартир умерших граждан, дал в руки оперативникам несколько необычный визитер. Вообще, необычных визитеров в милиции хватает. Иногда заглядывают на огонек в органы внутренних дел и люди с отклонениями в психике. Их частенько мучают какие-нибудь фобии или мании, например мания преследования, но они со своими проблемами обращаются не к врачам, а прямиком отправляются в милицию, где по долгу службы внимательно выслушают и успокоят.

Молодой человек, пришедший к Кляйзеру внешне был не в себе. Он путано и эмоционально принялся рассказывать о гибели матери. Та в один прекрасный день повесилась, но никто не увидел в этом ничего удивительного, поскольку женщина состояла на учете в психоневрологическом диспансере. И только сын убеждал всех, что его мать ни за что не стала бы добровольно переходить в мир иной. Он горячо пытался доказать Степану Степановичу, что ее убили, повесили. Впрочем, Кляйзер и не спорил. С русской добротой он выражал сочувствие парню, а с немецкой скрупулезностью пытался нащупать рациональное зерно в его сбивчивом рассказе. Вдруг с уст посетителя слетело имя-отчество человека, который купил квартиру матери — Алексей Алексеевич.

— Стоп! — остановил его Кляйзер. — А теперь давай про квартиру подробнее.

Информация о хищениях квартир путем лжеприватизации в ОБЭП уже поступала, но носила обрывочный и разрозненный характер, однако Алексей Алексеевич уже где-то мелькал. Рассказ посетителя и оперативная информация, дополняя друг друга, стали сходиться в одно целое.

Чтобы разобраться в структуре и деятельности преступной группы, занимавшейся хищением квартир Кляйзеру и Смирнову пришлось изрядно потрудиться. Был задействован целый комплекс оперативно-технических мероприятий. Постепенно основной костяк группы стал вырисовываться. Ее руководителем с полным основанием можно было назвать Валерия Чулкова. Как оказалось, бывший коллега — майор милиции. Еще несколько лет назад он трудился старшим участковым в одном из РУВД Екатеринбурга. Однако со службы был уволен по дискредитирующим обстоятельствам. Зная специфику милицейской работы, Чулков постарался организовать деятельность своей группы на основе четкого разграничения ролей и с элементами конспирации. Никто, кроме него, в полном объеме не владел информацией о всех операциях с квартирами и о всех людях, в них задействованных.

Вторым номером в этой группе можно назвать Евгения Семина. Образно можно сказать, что, если Чулков был директором, то Семин — главным инженером. В группе он считался лучшим специалистом в сфере приватизации, благодаря некоторому опыту работы в агентстве недвижимости. Любопытно, что приватизация была для Семина почти семейным делом. Его мать разрабатывала порядок приватизации муниципального жилья в Екатеринбурге, а сынок на практике показывал как этот порядок можно обойти.

Как положено во всякой нормальной организации, имелись в штате группы должности водителя и кассира. Только совмещал обе эти должности один человек — Александр Лебедев. Он не только возил шефа по делам, но, когда наступала пора расплаты, извлекал из под водительского сидения мешок с деньгами и выдавал клиенту требуемую сумму. И похоже, что за мешком Лебедеву приходилось лазить довольно часто.

Кроме указанных людей в группе состояло порядка десяти человек, которые участвовали в аферах на постоянной основе и несколько десятков «внештатников», привлекавшихся для разовых операций.

В России трудно кого-либо удивить продажностью. После крушения коммунистической идеологии, ни религия, ни демократические ценности не смогли занять ее место и стать национальной идеей. Образовавшуюся пустоту в душах многих людей заполнила жажда наживы любой ценой. Потому-то Чулкову и Семину удавалось без труда вербовать для своих махинаций людей оптом и в розницу.

В мае 1992 года Чулков заглянул в кабинет инспектора ЗАГСа Лидихиной и спросил:

— С кем можно переговорить по поводу получения информации на одиноких умерших лиц.

— Со мной! — с готовностью отозвалась Лидихина.

С тех пор между ними завязалась прочная дружба на деловой основе. Раз или два в неделю Чулков заезжал в конце рабочего дня за Лидихиной, подвозил ее домой, а она в благодарность за доставку снабжала его паспортами умерших лиц.

Далее участники преступной группы всеми возможными путями пытались выяснить имеются ли наследники на жилплощадь покойного. Проще всего это было сделать через сотрудников ЖЭУ. Увы, некоторые из них тоже оказались падкими на деньги. Например, Чулков как-то приехал к начальнику одного из ЖЭУ ПЖРУ «Уральский ДСК» Любови Куртиной, сказал, что хочет помочь родственникам умершего Савойлова, после чего попросил заверить заявление на приватизацию квартиры покойного на ул.Куйбышева и написать справку с места жительства. За небольшое вознаграждение Куртина просто не смогла отказать Чулкову в такой пустяковой услуге. Остальное уже было делом техники. Еще один из основных участников преступной группы Алексей Алексеевич Тонков (чье имя-отчество дало ниточку к раскрытию преступления в руки оперативников) по поддельной доверенности, выданной якобы в Перми, нотариусом, которого не существовало в природе, оформил приватизацию квартиры и продал ее.

Иногда с сотрудниками ЖЭУ договориться не удавалось, злоумышленникам приходилось идти к цели более сложными обходными путями. Когда сотрудники ОБЭП стали выяснять механизм приватизации и продажи группой Чулкова квартиры умершего Буматова по ул. Уральской, то оказалось, что в заявлении на приватизацию подпись паспортистки подделана, а сама квартира значится как неприватизированная. Родители умершего сообщили, что сын хранил ордер на свою квартиру у них дома, но каким образом он пропал не знают, могут лишь предположить, что ордер был выкраден женой сына. В этом случае, как и в большинстве других, афера была шита белыми нитками: заявление на приватизацию датировано всего за 4 дня до скоропостижной смерти Буматова, квартира приватизирована по поддельной доверенности, якобы выданной в Тюмени и удостоверенной несуществующим нотариусом. Однако и в этом случае и во всех других аферы проходили без сучка без задоринки.

Жуликам даже удавалось приватизировать квартиры по заявлениям покойников. Так было с одной из квартир по ул. Гурзуфской, одинокий хозяин которой по фамилии Диванов скончался 10 марта 1993г. Жильцы дома тогда сообщили в РУВД о смерти соседа и запись о сообщении осталась в милицейских учетах. Однако по каким-то причинам в акте о смерти гражданина Диванова его кончина констатирована 12 августа 1993г. Фора в 5 месяцев, когда покойный Диванов по документам еще был жив, позволила мошенникам спокойно приватизировать его квартиру опять же по поддельной доверенности, выданной в Кургане и заверенной несуществующим нотариусом, и продать ее.

Без особых проблем проходили у группы Чулкова не только аферы с «живыми трупами», но и с здравствующими мертвецами. В апреле 93г. Чулков и Семин узнали, что некто Кудряшов не проживает в своей комнате по ул. Амундсена. Разыскав Кудряшова, они предложили ему за миллион рублей прописать к себе в комнату незнакомого мужчину. Перед такой суммой Кудрявшов не смог устоять. И оказался в роли сказочного зайца, пустившего лису на порог. Новый жилец оформил документы будто Кудряшов скончался, приватизировал на себя его комнату и продал ее. Какого же было удивление соседки Кудряшова по квартире, когда спустя три года она встретила его на улице живого и здорового. Оправившись от первоначального испуга и вновь обретя дар речи, соседка поведала Кудряшову, что его комната принадлежит теперь другим людям. Тот немедленно отправился в ЖЭУ и обнаружил, что значится там, как переселившийся на тот свет. Так вот и рождаются рассказы о чудесах воскрешения и явлениях призраков.

Постепенно Чулков и Семин совершенствовали организацию работы своей группы. И, можно сказать, поставили ее на конвейер. Ледихина бесперебойно снабжала их паспортами умерших граждан. Для получения ордеров на квартиры покойных им все чаще помогал Геннадий Бондарев. Работая главным инженером в одном из ЖЭУ ПЖРТ Октябрьского района и используя служебное положение, он выяснял кто проживает в квартирах умерших и помогал мошенникам оформлять документы. Ну, а с поддельными доверенностями на приватизацию у злоумышленников проблем не было. Единственно им приходилось напрягаться, выдумывая город, где выдавалась доверенность, и фамилию нотариуса, заверившего ее. Такая организация работы позволяла преступной группе получать огромные прибыли. Квартиры им доставались практически даром, а каждая из них стоила целое состояние для рядового гражданина. Но, как говорится, сколько веревочке ни виться, а конец все равно будет.

Сотрудники ОБЭП УВД Екатеринбурга уже вплотную добрались до организаторов группы. Перелопатив огромный массив данных о приватизации и продаже квартир умерших граждан, оперативники уже обнаружили большое количество эпизодов преступной деятельности группы Чулкова. И хотя ни он сам, ни Семин старались нигде «не светиться» в документах, сотрудники ОБЭП уже смогли разобраться в сложной структуре их организации. Правда, доказательств на организаторов пока было маловато и аресты пришлось начинать с исполнителей.

Мошенники засуетились. Принялись проводить инструктажи молодых женщин, которых использовали за небольшое вознаграждение при сделках купли-продажи квартир, втолковывая им, что нужно говорить на допросах. Однако круг сжимался все уже. Теперь мошенники уже не заседали вальяжно в кафе по ул. Пушкина, где решали многие свои производственные вопросы, а собирались в офисе по ул. Красина, адрес которого знали только особо доверенные люди. Как-то в январе 94г. Чулков экстренно собрал на Красина: Семина, Лебедева и Бондарева.

— Господа, арестован Тонков! — объявил Чулков. — Что будем делать?

От полученного известия добры молодцы закручинились и повесили буйны головы. Но что делать, чтобы не оказаться в учреждении с окантовкой из колючей проволоки, никто не знал. После невеселых размышлений они сошлись во мнении, что пришла пора переходить на нелегальное положение. Собрали в коробки все бланки документов, заготовленные впрок, и загрузили их в машину Бондарева. Тот их вывез и сжег.

Чтобы не «светиться» в кассах по продаже билетов некоторые из участников преступной группы отбыли на своих автомашинах в Казахстан, Москву и Дагестан. Но укрыться от оперативников екатеринбургского ОБЭП все равно не смогли. Один из мошенников «забурился» к родственникам в сельскую глушь. Постепенно он успокоился и решил, что уж здесь свердловские милиционеры до него не доберутся. Но не тут-то было. Как-то он, довольный и усталый, вернувшись с рыбалки, вдруг обнаружил в квартире родственников оперативников ОБЭП УВД Екатеринбурга. Об ухе из свежей рыбы на длительное время пришлось забыть.

Постепенно были установлены и задержаны все члены преступной группы за исключением самых главных — Чулкова и Семина. Почти три года они находились в бегах. Но совсем укрыться от ответственности за свои грехи не сумели. Помешали сотрудники ОБЭП. В начале октября 96г. они получили информацию, что Семин находится в квартире, купленной отцом его жены. Действительно мошенник жил в этой квартире без воды и электричества, стараясь не показывать нос на улицу. Но никакие конспиративные уловки ему не помогли, вскоре он был задержан.

А спустя полтора месяца вычислили и Чулкова. Об этом любопытно потом рассказывал Степан Кляйзер: «Нам удалось узнать, что Чулков приехал из Москвы и ночью должен навестить одного своего знакомого. Выставили у квартиры его приятеля наблюдение и договорились немедленно прибыть на место после поступления сигнала. Я ждал звонка о появлении Чулкова дома. Поскольку время было позднее, то чтобы не уснуть решился заняться делом, которое давно откладывал, — наклеить обои. Около четырех часов утра раздался телефонный звонок. Но оказалось, что это звонят не коллеги, а родственники из Германии. Они всегда пользуются льготным тарифом и звонят примерно в это время. А я всегда на них ругаюсь за то, что разбудили. А на сей раз родственники здорово удивились, что я на них не ворчу. Едва я закончил с ними разговаривать, как снова раздался звонок. Это мои ребята сообщили, что Чулков появился. После ареста он уверовал в бога. Стал писать из СИЗО жалостливые письма: «Ваше превосходительство, прокурор, каюсь, бес попутал….. ». Но на нас не жаловался, как некоторые другие, обвиняющие милицию во всех смертных грехах, чтобы выкрутиться. Только писал прокурору: «Обэпники не применяли физического воздействия, но неприязненно смотрели»».

Работа по тому уголовному делу была проделана огромная: задокументировано свыше 50-ти эпизодов преступной деятельности группы Чулкова. 12 ее участников арестованы, около двух десятков, игравших эпизодические роли, оставлены в качестве свидетелей. Расследованием дела одновременно занималось 7 следователей. Для проверки мошенников на причастность к насильственному лишению жизни граждан, чьи квартиры они приватизировали, привлекались сотрудники уголовного розыска. Однако финал этой истории оказался не таким, на какой рассчитывали оперативники ОБЭП.

В действиях преступной группы содержался состав мошенничества, однако в связи с тем, что до 1.07.94г. статья 147 уголовного кодекса не предусматривала таких квалифицирующих признаков, как крупный ущерб и организованная группа, то часть 3 ст. 147 в отношении обвиняемых была переквалифицирована на часть 2. В результате в отношении Тонкова, Лебедева, Бондарева и Куртиной определением суда уголовное дело было прекращено за давностью привлечения к уголовной ответственности. Не повезло только Чулкову и Семину. А все из-за того, что они долго «бегали». На этот период уголовное дело в отношении них было приостановлено, а потому срок давности их преступлений не истек.

6 декабря 1996г. Октябрьский районный суд Екатеринбурга объявил приговор: Чулкову — 3 года и 6 месяцев лишения свободы, а Семину — 3 года и 4 месяца.

P.S. Неизвестно как сложились судьбы, других участников преступной группы, занимавшейся хищением квартир, а вот Чулков спустя пять лет после оглашения приговора вновь напомнил о себе. В одной из екатеринбургских газет появилось сообщение о том, как он вновь оказался замешанным в некрасивой истории. Валерий устроился трудиться в ЗАО «Систем Троник», которое занималось продажей отопительных систем и оборудования. Чулков сначала скачал себе всю информацию о клиентах ЗАО, а потом открыл собственную фирму под названием ООО «Уральский теплоэнергетический центр» по продаже такого же оборудования и переманил их к себе.

Олег Логинов

Оставьте отзыв

Select Language