Сайт содержит материалы 18+
Share on vk
Share on facebook
Share on odnoklassniki
Share on twitter
Share on linkedin
Share on google
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on email

УРАЛЬСКИЕ ХИТНИКИ, КТО ОНИ? (URAL HITNIKI)

Поделитесь записью
Share on vk
Share on facebook
Share on odnoklassniki
Share on twitter
Share on google
Share on linkedin
Share on whatsapp
Share on telegram
Share on email

УРАЛЬСКИЕ ХИТНИКИ,

КТО ОНИ?

(URAL HITNIKI)

«И вдруг в темноте камней, словно приоткрылся кошачий глаз в мрачном чулане, сверкнула зеленая искра. И еще одна, еще. Вовец нагнулся. Сердце забилось учащенно, как у мальчика, в первый раз решившегося поцеловать девочку – и боязно, и сладко…. Поднял кусок слюдита с кулак величиной. Лучистый изумрудный краешек прорезался из плотной массы жирно поблескивающих лепидолитовых чешуек» (Цитата из книги Виктора Мясникова «Изумруд – камень смерти», описывающая момент обнаружения хитником Вовцом изумрудной жилы).

Отвалы Малышевского рудоуправления.

Любопытные люди эти хитники. И непонятные. Одни, как, например, Мясников, их просто воспевают. Вот еще одна цитата из его книги «Изумруд – камень смерти»: «Хитник конца двадцатого века не только работящ, но и образован, интеллигентен и эстетически воспитан. Он не просто горщик-добытчик, он еще и камнерез, огранщик, ювелир и дизайнер. Он разбирается в геологии и минералогии, топографии и геодезии. Он турист-путешественник, забирающийся в самые глухие углы Полярного Урала…Шпионскими методами он добывает информацию о перспективных залежах, словно диверсант, проникает на охраняемые территории и в замурованные шахты. Великий конспиратор, он умело скрывает свои богатства, собирая образцы, достойные лучших музеев мира. И никакая милиция, никакие рэкетиры не смогут его притормозить – квалификации не хватит выследить».

Другие называют хитников хищниками, поскольку их занятие – хит – это не что иное, как хищническая добыча камней самоцветов. Третьи представляют их браконьерами по аналогии с охотниками. У тех как: есть лицензия – ты охотник, нет – браконьер. А какие у хитников лицензии? Но, на мой взгляд, ни одно из этих мнений не является всеобъемлимой характеристикой хитников. Понятно, что Мясников приукрасил своих героев. Хитники – отнюдь не высокоинтеллектуальные эстеты и уж конечно не благородные искатели приключений. В конечном итоге их главная цель – банальная нажива. Причем, не самым честным способом. Поэтому скорее их можно назвать авантюристами с криминальными наклонностями. Однако и от обычных мошенников они разительно отличаются. Есть в этих людях нечто, что заставляет их вкалывать до седьмого пота в каменных норах и сознательно идти на риск, играя с Законом в орлянку. Чем-то они напоминают кустарей-фальшивомонетчиков, пытающихся создать монетный двор в дощатом сарае. Может быть не случайно статьи для фальшивомонетчиков и хитников – 87 и 88 стояли в Уголовном кодексе РСФСР рядышком и обе отличались поистине драконовскими санкциями. Государство наиболее рьяно защищало две своих привилегии – право единолично делать деньги и производить валютные операции, к числу которых относится купля-продажа драгоценных камней.

И уж в чем Мясников совершенно точно не прав, так это в превосходстве хитников над милицией. В этом меня лишний раз убедило попавшее в руки обвинительное заключение по уголовному делу № 1080. Поразительно, но его сухой скучный текст читается не с меньшим увлечением, чем, например, тот же художественный криминальный роман «Изумруд – камень смерти». И главное оно объективнее позволяет понять: кто они, уральские хитники?

Ограненные изумруды, розничной стоимостью 78702 рубля, изъятые у Н.Широкова.

Началось это уголовное дело с того, что в самый короткий день в году – 22 декабря 1984 года в ресторан Свердловского аэропорта «Кольцово» неожиданно нагрянули сотрудники Управления по борьбе с хищениями социалистической собственности. Услышав страшное слово «УБХСС», работники ресторана привычно вздрогнули, но быстро успокоились. Оказалось, что визитеров интересовали не нарушения правил общепита, а личность одного из посетителей ресторана. Конечно мужчина был крайне недоволен, что милиция не дает ему спокойно пообедать. Но когда при досмотре из его кармана извлекли коробочку, в которой в специальных углублениях таинственно мерцали 12 ограненных зеленых камушков, то аппетит у него сразу улетучился. Так свердловская милиция успешно провела операцию по задержанию очередного валютчика. Только узкий круг посвященных знал, что прологом этой внешне нехитрой операции была продолжительная сложнейшая оперативная комбинация и факт задержания фактически венчал тонкую ювелирную работу оперативников. Однако для уголовного дела этот эпизод стал самым началом.

Задержанным оказался ранее судимый за кражу и мошенничество Анатолий Рагимов. Он не стал долго запираться и сознался, что обнаруженные у него камни – изумруды, которые он приобрел у своего знакомого Николая Широкова за 1500 рублей, и намеревался продать московскому ювелиру по фамилии Кац. Для совершения этой сделки Кац специально прилетел из столицы. Рагимов встретил его в аэропорту «Кольцово», показал ему изумруды. Ювелир осмотрел их и согласился купить за 2500 рублей. Они зашли пообедать в ресторан аэропорта, потом Кац куда-то отлучился и в это время Рагимова задержали сотрудники милиции.

Рагимов не был хитником, он был криминальным дельцом, делавшим деньги на их труде. Одна эта нехитрая коммерческая операция должна была принести ему тысячу рублей – больше, чем простой советский инженер мог получить за полгода работы. Но не принесла.

А оперативники и следователи между тем взялись за Николая Широкова. Это самая яркая и известная личность из всех многочисленных фигурантов этого уголовного дела. Но известность влиятельного человека, лидера «Центровой» организованной преступной группировки, обложившей данью половину коммерсантов города (вторую половину обложило ОПС «Уралмаш») пришла к нему уже в девяностых. А тогда в 1984 году он был просто беспартийным, несудимым молодым человеком с незаконченным высшим образованием и только-только начинал завоевывать авторитет в криминальном мире. Широков тоже не занимался кустарной добычей изумрудов, зато красиво и безжалостно кидал тех, кто этим занимался, хитников. Изумруды, проданные Рагимову, он добыл в лучших традициях плутовского романа. Широков договорился с хитниками Владимиром Зязевым и Игорем Феоктистовым о покупке у них 25 граненых изумрудов за 5500 рублей. Сказал, что покажет драгоценные камни знакомому ювелиру, а пока оставит за них в залог видеомагнитофон – весьма ценную по тем временам вещь. Забрал камни, оставил коробку с «видиком» и был таков. А когда Зязев с Феоктистовым не удержались от любопытства и эту коробку вскрыли, то вместо японского чуда техники, обнаружили в ней банальные российские кирпичи и телогрейку.

А предыстория этого обмана была такова. Когда Рагимов попросил Николая Широкова достать изумруды на продажу, тот начал искать выходы на хитников. И это ему удалось. Один из приятелей свел его с неким Вадимом Зязевым. На протяжении двух лет Зязев с двумя товарищами систематически наведывался в район поселка Малышева, где искали изумруды в старом заброшенном шурфе. Зязева трудно назвать примерным гражданином, еще проходя срочную службу в армии, он загремел под трибунал за хулиганство. Правда, отделался тогда условным сроком, но зато, вернувшись на гражданку, опять малость подебоширил, и 4 месяца ему все же пришлось провести в местах не столь отдаленных. На изумрудной теме Зязев задружился с Игорем Феоктистовым, они вместе тайно копались в шурфах в поисках драгоценных камней и все мечтали создать собственную подпольную гранильную мастерскую. Игорь официально работал гравером в мастерской «Облбыттехники» и кое-что в обработке камней понимал. Однако основная сложность состояла в том, чтобы найти для него оборудование. Это сейчас только деньги плати, тебе все что угодно привезут и смонтируют – хоть свечной заводик, хоть гранильную фабрику. А тогда государство на инициативу граждан смотрело иначе. Считалось, что гражданам иметь какой-нибудь станок в личном пользовании не положено, а кто думал иначе, мог и «загреметь под фанфары» по статье за частнопредпринимательскую деятельность. Однако охота пуще неволи. Феоктистов понимал, что ограненные изумруды можно продать гораздо дороже, чем необработанные, а потому систематически скупал у некоего Тарона Гарибяна нужное оборудование: бормашину, отрезные диски, надфили, пилки и пр. Только рассчитывался с ним не деньгами, а подпольно добытыми изумрудами. Позже, когда в ходе следствия подсчитали стоимость драгоценных камней отданных за оборудование, оказалось, что она составила внушительную сумму – 28866 рублей – можно было купить пять автомашин «Жигули» и еще деньги остались бы.

Изумруды, розничной ценой 293034 рубля, изъятые у А.Буканова.

Вообще, любой криминальный бизнес обладает интересным свойством. Он словно бы вызывает цепную реакцию. В его орбиту вовлекаются все новые и новые люди, при этом неуклонно растет и количество совершаемых ими преступлений. Описываемое изумрудное дело – наглядный тому пример. Едва хитники начинают предпринимать попытки сбыть свои самоцветы, как вокруг них как вокруг них начинают роиться какие-то темные личности: подпольные дельцы, барыги, кидалы и прочая братия. Как только хитники начинают задумываться о совершенствовании своего бизнеса, так рядом оказываются некие подпольные огранщики, ювелиры, скупщики краденных драгоценных металлов и банальные воришки. Например, посмотрим на ситуацию с уже упоминавшимся Гарибяном. Он тоже считался хитником, три года старательским способом занимался незаконной добычей изумрудов на Уральских копях. Но плюс к этому Тарон был еще и деловым человеком, не упускавшим возможности оказать с выгодой для себя услугу другому хитнику. Вот обратился к нему Феоктистов с просьбой помочь с оборудованием, Гарибян решил вопрос. Надо сказать, что у хитников одна из главных проблем – это канал сбыта. У Гарибяна такой канал имелся в лице художника-надомника Щербинского завода металлогалантереи Алексея Буканова. Тот галантерей занимался только официально, а неофициально изготовлял из левых материалов ювелирные изделия. Только изумрудов Буканов получил от Гарибяна на сумму в 361 тысячу рублей. А заплатил за них в 20 раз меньше. Когда Тарон обратился к нему с просьбой найти оборудование для огранки самоцветов, Алексей свел его с мастером Московского завода НИИ «Пульсар» Базарновым, а тот предложил не ломать голову, а попросту похитить все необходимое оборудование у него на предприятии. Дело не стали откладывать в долгий ящик: Базарнов, Буканов и Гарибян вынесли с НИИ «Пульсар» различного оборудования на 1200 рублей, которое загнали Феоктистову в 20 раз дороже. Так вот, без особых угрызений совести валютчики превратились еще и в расхитителей социалистической собственности. Кроме Феоктистова оборудование для огранки камней интересовало еще и часовщика из города Асбеста Михаила Смышляева. Гарибян и ему тоже поставлял это оборудование: алмазные дики, оправки, бор, станок для обработки камня и прочее. А еще поставлял ему серебро: монеты, контакты и пластины, которые сам скупал в Москве. Понятно, что все это Тарон делал не в качестве благотворительности, взамен Смышляев передал ему изумруды на сумму в 93 тысячи рублей. Часовщик Смышляев явно обладал определенной смышленостью. Оборудование и серебро он перепродавал другим людям с выгодой для себя.

Мастерская Плиса.

Вообще, в этой печальной истории про уральских хитников, названной уголовным делом № 1080, фигурирует множество разнообразных персонажей. 14 главных героев стали обвиняемыми и еще столько же второстепенных – свидетелями. Однако, наверное, самым любопытным персонажем стал еще не упоминавшийся Анатолий Плис. В свои сорок пять лет он успел и высшее образование получить и семь лет отсидеть за хищения в крупных размерах. Внешне казался довольно благополучным членом общества: был женат, трудился заведующим аптекой. И только немногие знали его как увлеченного своим делом хитника. Причем Плис был не обычным хитником, а, скорее, воплощением мечты всех хитников. Он умел и добывать камни, и гранить их. И не просто умел гранить, а владел настоящей мастерской для этого. И не просто мастерской, а мастерской, созданной своими руками. Причем, верхом наглости выглядело то обстоятельство, что подпольную мастерскую он создал по месту основной работы – в государственной аптеке №88 г.Свердловска!

О старательских способностях Плиса может говорить хотя бы тот факт, что в ходе следствия стоимость незаконно добытых им изумрудов оценили на 101 тысячу рублей. Наверное, он был и неплохим огранщиком. Во всяком случае, гранил изумруды не только для себя, но и по заказам других хитников. Кстати, драгоценные камни, обманом полученные Широковым у Зязева, обрабатывал не кто иной, как Плис. Может быть даже впоследствии он мог стать еще и ювелиром. Судя по всему, Анатолий намеревался не ограничиваться огранкой камней, а изготавливать из них украшения. Во всяком случае в подпольной мастерской у него обнаружили 128 грамм чистого серебра, которое он добыл из контактов списанного аптечного электрооборудования. Такой вот разносторонний оказался человек.

Вот и задумаешься, что все у этих хитников как-то неоднозначно. С одной стороны: «Вроде не бездельники, и могли бы жить», а с другой – не хотят они жить нормально, как все. Казалось бы, какие молодцы: не воруют, работают на износ. Вот небольшая цитата из показаний Смышляева, характеризующая старательскую деятельность хитников: «Работа эта, можно сказать, адская. На площади 15 квадратных метров за день разобьешь все куски породы, имеющие признаки, свидетельствующие о наличии там изумрудов». С другой стороны иной раз такая работа хуже воровства. В этом уголовном деле один из обвиняемых – Валерий Выдрин работал забойщиком в Малышевском рудоуправлении. 10 лет, в период с 1975 по 1985 год он в шахтах своего предприятия похищал изумруды и бериллы. И за 10 лет похитил их на сумму порядка 26 тысяч рублей. Деньги по тем временам, конечно, бешеные, можно несколько кооперативных квартир купить. Но что касается ущерба для государства, то хитники значительно превзошли Выдрина. Так Зязев с Феоктистовым всего за два года незаконного старательского промысла добыли изумрудов на сумму 176 тысяч рублей, Обухов за пять лет – на сумму 122 тысячи рублей, Чернов за тот же срок – на сумму 85 тысяч рублей, Смышляев за три года – на сумму 179 тысяч рублей, Гарибян за тот же срок – на сумму 164 тысячи рублей. Не правда ли, весьма впечатляющие цифры. Теперь становится понятным за что эти люди горбатились в каменных норах, шли на нарушение Закона.

Частично ограненный изумруд и изумрудное сырье, розничной ценой 97900 рублей, изъятые у М.Смышляева.

Кто во всей этой истории выглядят благородными героями, так это простые советские офицеры милиции – оперативники БХСС и следователи. Те, кто тоже работал не жалея сил, причем, не на свой карман, а на Государство, и не против Закона, а во имя него. Сотрудники УБХСС Г.Чистяков, В. Бажанов, Н. Гридин, А.Румянцев, Н. Чепкова и другие блестяще распутали весь этот сложнейший клубок теневой экономики, закрутившийся вокруг уральских изумрудов, а Я.Мастинский и другие следователи УВД Свердловской области основательно и скрупулезно выполнили свою работу. Количество следственных мероприятий, проведенных по этому уголовному делу впечатляет и поныне. Допрошены сотни людей. Проведены 44 экспертизы, большое количество обысков, выемок, очных ставок. В результате изъято и возвращено государству незаконно добытых изумрудов на астрономическую по тем временам сумму – 1 049 тысяч рублей. Да плюс к этому еще изъято из незаконного оборота драгоценных металлов на сумму свыше 60 тысяч рублей.

Несмотря на масштабность этого уголовного дела и космические суммы, фигурирующие в нем, оно не получило широкой огласки. Наверное, имелись причины, чтобы о нем знали только те, кому положено. Но в конечном итоге и деятельность уральских хитников, и борьба с ней свердловских оперативников – это неотьемлимая часть нашей истории. А историю родного края надо знать.

Олег Логинов

Оставьте отзыв

Select Language