ФОТОРЕЙТИНГ «ДЖИМ КОРБЕТТТ ПРОТИВ ЧАМПАВАТСКОГО ЛЮДОЕДА»
(JIM CORBETT VS. THE CHAMPAWAT CANNIBAL).
По версии Олега Логинова
Чампаватскую тигрицу можно назвать рекордсменом среди животных по убийству людей. Но в 1907 году она встретилась с охотником Джимом Корбетттом, которого можно назвать рекордсменом по убийству животных-людоедов…
КРОВОЖАДНАЯ ТИГРИЦА
Чампаватская тигрица убила 436 человек в Непале и индийском регионе Кумаон.
Она начала свои нападения в деревне Рупал на западе Непала, в Гималаях. На нее началась охота, но она сумела обмануть охотников и избежать столкновения с ними. Тогда на ее устранение отправили отряд непальской армии. Солдаты организовали специальную облаву и сумели вынудить хищника покинуть свою территорию и перегнать его через границу (река Сарда) в Индию, где она продолжила нападать на людей в округе Кумаон.
Чампаватская тигрица была не только жестокой, но и умной. Чтобы избегать столкновения с людьми, она преодолевала большие расстояния между деревнями (до 32 километров в сутки, передвигаясь ночью). Зона охоты тигрицы охватывала территорию нескольких деревень в районе Кумаона, причем Чампават находился недалеко от центра ее обитания. Большинство ее жертв были молодыми женщинами и детьми, которые часто уходили в лес за дровами, кормом для скота и сбором сырья для ремесленных работ. Жизнь в этом регионе была остановлена, мужчины часто отказывались выходить из своих хижин на работу, услышав в лесу рев тигра.
ПРИГЛАШЕНИЕ КОРБЕТТА
Джим Корбетт, сфотографированный около 1907 года, когда он впервые услышал о чампаватском тигре
После своего приезда в Найни-Тал, охотник Джим Корбетт встретился там с заместителем уездного комиссара Бертаудом, который пожаловался ему, что их уезд терроризирует тигр, который наводит ужас на население. Корбетт уже слышал об этом людоеде и согласился устроить на него охоту. Но поставил два условия: отмену премии и удаление шикари (индийских охотников) и алморских солдат. Ему не хотелось прослыть охотником за наградой и не хотелось быть подстреленным в лесу другим охотником.
Узнав, что тигр убил женщину в деревне Пали, Джим нанял шестерых носильщиков и отправился туда. Корбеттт в своей книге «Кумаонские людоеды» писал: «Население деревни, примерно пятьдесят человек мужчин, женщин и детей, было объято ужасом. Хотя солнце стояло еще высоко, я застал всех жителей в домах за прочно закрытыми дверями. Только после того, как мои люди развели костер и я сел выпить кружку чаю, двери стали тут и там открываться и начали появляться испуганные крестьяне.
Мне сказали, что в течение последних пяти дней никто не решался выйти за порог своего дома».
В своей книге Корбетт описал несколько любопытных деталей. Например, такие:
«Широко распространено мнение, будто тигры-людоеды не трогают головы, рук и ног своих жертв. Это неверно. Если людоеда не тревожат, он ест все, включая пропитанную кровью одежду, как я наблюдал в одном случае».
«Индийцы здесь твердо придерживаются своих обычаев. Если кто-либо похищен тигром-людоедом, долг родственников разыскать хотя бы часть трупа, будь это кусочки костей, и предать их сожжению».
«мне хочется опровергнуть распространившиеся в наших горах слухи, будто бы я переодевался в женскую одежду и, уходя в джунгли, подманивал тигров-людоедов, убивая их серпом или топором. Единственно, что я действительно делал для маскировки, — это надевал сари (женское покрывало) и в таком костюме резал траву или взбирался на дерево и обрывал листья. Но такая хитрость не принесла мне успеха».
По следам хищника Корбетт определил, что это – тигрица. Но, несмотря на переодевания и другие охотничьи хитрости, поймать ее возле Пали не смог. Она перешла в Чампават, в пятнадцати милях восточнее Пали.
В ЧАМПАВАТЕ
Когда Джим Еорбет добрался до Чапавата, он узнал узнал, что в деревне Фунгар неподалеку накануне его приезда тигрица убила 16-летнюю девочку Премку Деви. Он пошел по оставленному хищником кровавому следу. И чуть было не попал в засаду тигрицы.
Крорбет писал об этом в своей книге так: «У края водоема я рассмотрел предмет, привлекший мое внимание еще при спуске вдоль родника. Это была часть человеческой ноги. Во все дальнейшие годы при моих охотах за тиграми я не видел ничего более потрясающего, чем эта стройная нога молодой женщины, отхваченная немного ниже колена так, как будто ее отрубили острым топором. Из ноги струилась кровь.
Осматривая ногу, я забыл о тигрице и вдруг почувствовал, что мне грозит большая опасность. Быстро вскинув ружье и положив пальцы на оба спуска, я поднял голову и увидел, как с противоположного берега родника высотой пятнадцать футов медленно посыпались комья земли, скатились вниз и упали в водоем. Тогда я был новичком в охоте, иначе я не подверг бы себя такой опасности. Возможно, я спас себе жизнь тем, что быстро вскинул ружье, — тигрица, задержав прыжок или придав ему иное направление, сбросила землю с высокого берега».
СМЕРТЬ ТИГРИЦЫ
Корбеттт решил с помощью жителей деревни организовать на следующий день облаву в ущелье реки Чампа с участием 298 мужчин. И хотя он описывал эту облаву довольно комично из-за неопытности загонщиков, но она принесла успех
Около полудня Корбеттт застрелил тигрицу. Первые выстрелы были сделаны ей в грудь и плечо. Последний выстрел был совершен из винтовки техсилдара. В результате выстрелов животное рухнуло в 6 метрах от охотника.
Джим Корбеттт в книге «Кумаонские людоеды» рассказал об этом так: «На горе начался адский шум: стрельба из ружей, бой барабанов и крики сотен людей. Когда шум достиг апогея, я увидел, как тигрица выскочила на травянистый склон справа от меня, примерно в трехстах ярдах. Она прошла короткое расстояние, и за это время находившийся под сосной тахсилдар разрядил оба ствола своего дробовика. Тигрица круто повернула назад и побежала; когда она исчезла в кустарниках, я вскинул ружье и послал ей вдогонку безнадежный, в сущности, выстрел.
Услышав три выстрела, находившиеся на хребте люди, естественно, подумали, что тигрица убита. Они разрядили свои ружья, раздались крики торжества. Когда я с замирающим дыханием прислушивался, не означают ли крики появления зверя на гребне горы, тигрица внезапно вышла из кустов слева от меня, перепрыгнула через ручей и двинулась прямо по ущелью.
Ружье 500 калибра с патроном бездымного пороха, пристрелянное в нормальных условиях, в горах дает перелет. Когда тигрица внезапно остановилась, мне показалось, что выстрел дал перелет. На самом деле я целил правильно, но взял немного сзади. Опустив голову, тигрица сделала полуоборот в мою сторону, предоставив мне возможность выстрелить ей в лопатку на расстоянии менее тридцати ярдов. При втором выстреле тигрица вздрогнула, но продолжала стоять с прижатыми ушами и оскаленными зубами, а я сидел с ружьем на вскидку и думал, как было бы хорошо, если бы оно было заряжено. Но ружье было пустым, а патронов у меня больше не было: я захватил с собой только три патрона, так как не предполагал, что мне придется стрелять более двух раз, третий заряд предназначался на крайний случай.
К счастью, раненый зверь по каким-то причинам не решился на нападение. Он медленно повернулся, перешел через поток, поднялся по осыпи и остановился на узком выступе, отходящем перпендикулярно от крутой скалы у места, где лежал большой плоский камень. Здесь, на камне, рос небольшой куст, и я заметил, что тигрица при подъеме на выступ его раздвинула. Отбросив всякую осторожность, я крикнул тахсилдару, чтобы он принес мне свое ружье. В ответ он мне что-то долго кричал, но единственное, что я мог расслышать, было слово «фут». Положив свое ружье, я бегом бросился по склону, схватил ружье тахсилдара и возвратился обратно.
Когда я приблизился к ручью, тигрица вышла из куста на скалу, находившуюся передо мной. Я был от нее в двадцати ярдах, поднял ружье и, к своему ужасу, увидел, что между его казенной частью и стволами было расстояние примерно в три восьмых дюйма. Когда тахсилдар стрелял из обоих стволов, ружье не разорвалось; я надеялся, что оно не разорвется и теперь, но опасность ослепнуть от пороховой вспышки имелась. Однако пойти на риск было необходимо; глядя на бусинку, заменявшую мушку, я выстрелил в открытую пасть тигра. Возможно, что я промахнулся, возможно, что и это ружье не стреляло точно цилиндрической пулей на двадцатифутовую дистанцию. Во всяком случае, мой заряд не попал тигру в пасть, а проник ему в правую лапу (оттуда я впоследствии извлек его пальцами).
К счастью, тигрица находилась уже при последнем издыхании, попадания в лапу было достаточно, чтобы остановить ее на месте».
Голова чампаватской тигрицы со сломанными верхним и нижним правыми клыками.
Вскрытие тигрицы показало, что верхний и нижний клыки на правой стороне ее рта сломаны: верхний — пополам, а нижний — до кости. Эта травма, полученная в результате старого выстрела, по словам Корбеттта, помешала ей охотиться на свою естественную добычу, вследствие чего она начала охотиться на людей.
Корбетт с убитым тигром по кличке «Холостяк Повалгарха», 1930 г.
После уничтожения чампаватского людоеда Джим Корбеттт приобрел репутацию ведущего охотника на животных-людоедов.
Ныне в Чампавате, недалеко от моста Чатаар и на пути к Лохагату, есть «цементная доска», отмечающая место, где была убита тигрица.
*Использованы тексты из Википедии и других интернетисточников.
